CEO Vitality Neo: «В тот день, когда почувствую, что поражение больше не трогает меня, настанет пора уходить»

Это действительно очень важный вопрос для обсуждения, особенно учитывая то, какую трагедию мы пережили внутри компании, когда столкнулись со смертью одного из наших игроков, который страдал от депрессии. Он наблюдался у врачей, ему был поставлен диагноз, он проходил лечение, но, к сожалению, не смог справиться со своими внутренними демонами. Для нас это было будто землетрясение, очень неожиданное событие. И, как я обычно говорю, жизнь такая, какая есть, и очень часто она похожа на американские горки. Мы в тот момент только выиграли самый главный трофей в истории Vitality, став чемпионами Парижского мейджора по Counter-Strike. Это был титул, к завоеванию которого мы стремились на протяжении шести лет. Мы смогли победить на домашней арене, это было в мае, мы были буквально на вершине пирамиды счастья. И вот, где-то через месяц, мы получили новости и буквально упали из рая прямиком в ад. И когда это случилось, то возымело глобальный резонанс и влияние. Это коснулось всей игровой семьи, не только киберспортивной части, в которой на тот момент были восхитительные трибьюты, посвящённые этому молодому чешскому игроку, которому было на тот момент всего 19 лет. И тогда мы поняли, что множество людей в социальных сетях начали открываться обществу и говорить о своих ментальных проблемах, отношениях с депрессией и тёмных мыслях. По факту, я думаю, что это одна из самых главных проблем подрастающего поколения. И я совсем не удивлён, что эта тема является национальным вопросом во Франции в этом году: суицид среди тинейджеров, кибербуллинг и ментальные проблемы. Столкнувшись со всем этим, мы поняли, что нам необходимо сделать что-то в этом направлении, чтобы отдать почести Карелу [Имя Twisten, игрока Team Vitality в дисциплине VALORANT, который покончил с собой. — Прим. ред.]. Именно тогда мы и создали нашу программу KARE, направленную на работу с проблемами ментального здоровья в киберспорте. И мы также поработали с его мамой, как в рамках этой программы, так и в рамках другой, функционирующей в родной стране игрока, в рамках которой мы регулярно занимаемся помощью и финансированием для людей, страдающих от подобных проблем. <…>

Хм, таких случаев было несколько. Могу вспомнить один, который действительно задел меня, и он тоже связан со спортивной темой. В один день мы решили пойти на крупный риск как компания и создали то, что мы назвали «суперкомандой». Она состояла из топовых, самых лучших игроков, которые стоили очень много денег. И наша цель тогда была: выиграть всё и сокрушить всех. А вместе с великой командой приходит и великое эго у игроков, с которым очень сложно справляться. В коллективе тебе всегда необходимо иметь людей, которые будут готовы жертвовать чем-то ради команды, будут привносить равновесие; нельзя иметь в составе одних только суперзвёзд. И в итоге из этого проекта получился невероятный провал. Мы тогда даже не могли квалифицироваться в плей-офф турниров. Игроки соревновались друг с другом, тянули на себя одеяло, было огромное количество внутренней драмы и споров. И с этим было очень тяжело справиться, потому что я уверял в успехе наше комьюнити, наших инвесторов, даже самого себя, искренне веря в то, что я смогу сделать то, что не получилось у других, потому что это я, Фабьен, который точно знает, что он делает. Моё собственное эго тогда затмило мне глаза, и последствия этого сделали мне больно, но и многому научили. Вся эта ситуация спустила меня с небес на землю и заставила иначе посмотреть на вещи. Компания тогда сильно пострадала, доверие спонсоров было подорвано, и потребовалось приличное время на восстановление. Я смог научиться тому, что в подобных вопросах далеко не всегда всё решают деньги, и нужно быть прогрессивным и вдумчивым.

Как ни странно, но нет, я бы ничего не стал менять. Это потому, что все эти маленькие шрамы, они стали частью меня. Я не могу назвать себя человеком, который сожалеет о своих поступках. Я искренне верю в то, что я сделал много правильных вещей, а те моменты, когда я совершал ошибки, не мешают мне спать ночью. Могу сказать, что даже спустя 12 лет моей работы, я всё ещё являюсь человеком, который плохо переносит поражения. Моя жена всегда говорит мне: «Почему ты постоянно жалуешься? Ну проиграл ты, и что дальше? Ты ведь выиграл уже всё что можно!», а я всегда отвечаю ей, что этого недостаточно. С одной стороны, это не совсем здорово, однако у меня есть противоположное мнение. Я считаю, что в тот день, когда почувствую, что поражение больше не трогает меня, настанет пора уходить. И я счастлив. Я буду закипать от злости двадцать минут, а потом начну искать решение проблемы и жаждать взять реванш у соперника. Для меня это топливо. И у меня действительно нет никаких сожалений, и я бы не стал менять ничего из своего прошлого, потому что думаю, что в конце пути я смогу посмотреть в зеркало и понять, что не потерял себя. <…>