Malr1ne: «Мама даже ходила в школу, она пыталась договориться так, чтобы я в школу не ходил»

Я думаю, это часто проблема того, что родители не понимают: это просто разные поколения, и с этим ничего не поделать. В моём случае и, наверное, в большинстве случаев люди просто гнут свою линию, и у меня, в моём случае, это достаточно было ограниченное время.

Я помню, я шёл в 10-11-й класс, я понимал уже, что я, во-первых, не хотел уходить в колледж, я не знал куда, что, и я думал: я пойду в 10-11-й, чтобы оттянуть время, чтобы у меня было дополнительное время, чтобы хоть как-то я мог определиться.

Но если бы не пошло с Дотой, то, конечно, пришлось бы учиться, сдавать экзамены. Ну а так у меня получилось, и родители были настроены скептически, я бы сказал, они не понимали, что это, почему. Но когда я получил первую денежку, родители поняли эту серьёзность — ой, до слёз аж — и даже настолько прониклись этим, насколько они понимали, что для меня это важно, что мама даже ходила в школу, она пыталась договориться так, чтобы я в школу не ходил, ходил по экзаменам, по контрольным, вот по таким важным событиям, чтобы я мог больше уделять времени, помогать, конечно, родителям дома и, в большинстве, работать, играть, как-то развиваться в этой индустрии.

И папа меня поддерживал, говорил: «Сынок, у тебя всё получится». И вот, наверное, тот переломный момент — это была зарплата, потому что всё-таки я не осуждаю родителей, я понимаю их, и я вообще ничего против, никогда плохого про них не говорил. Но я понимал, что чтобы я мог в ней работать, в этой дисциплине, мне нужны доказательства, прямые доказательства, и вот я и предоставил их.

[А если бы ты вернулся в прошлое, на начало своего пути, ты бы начал карьеру киберспортсмена? Если бы у тебя была возможность, ты бы выбрал что-то другое?]

Если бы я знал, что карьера моя так пойдёт, конечно, я не выбрал бы. Но я бы не сказал, что я бы пожелал кому-то другому: всё-таки этот путь очень тяжёлый. И я бы сказал — не особенно в Доте, я не знаю, как в других дисциплинах, — но у нас из-за того, что порог очень высокий и конкуренция очень тяжёлая, потому что высокая конкуренция из-за того, что просто... А людей-то особо нет. То есть люди какие-то новые приходят, но те, кто играют условно на моём уровне и других, у нас, грубо говоря, всё схвачено, у нас всё понятно, кто как играет. Поток новых игроков очень редкий, потому что, во-первых, их нет, а во-вторых, тех, кто приходит, буквально надо обучать, как говорят в Доту.

То есть есть молодые, прям очень молодые. Условно, Satanic — он малой шпарит, ему 16 лет, он инстинктивно, он просто играет, у него как-то получается, он обыгрывает. А многие там, не у всех так получается, это же как дар, не знаю, талант. <...> Потому что то, что играют люди обычные рейтинговые игры, и то, что люди играют официальные, — это вообще абсолютно два разных мира. И поэтому приходится обучать их, а нет ресурсов, нет людей. Все уже, грубо говоря, замкнуты в своих командах.

Я бы не сказал, что я бы посоветовал кому-то, но если человеку уж понравится, и он видит в этом потенциал, он видит себя в этом будущем, я бы ему сказал: «Удачи, но это займёт очень много времени, и, поверь, оно может того просто не стоить». И по сей день, сколько я летаю, сколько я перелетаю, это очень много нервов, очень много времени занимает, и на многие вещи жизненные просто не хватает времени.

Давление… Оно, наверное, было в основном… Ну и по сей день оно, конечно, есть.

Я до сих пор иногда ощущаю нервозность, у меня не то чтобы приступы, но иногда сердце у меня может биться очень сильно, ускоряться сердцебиение, и просто не сидится на месте.

Самая большая, наверное, нервность была в начале моего пути, когда я первый раз поехал на LAN, это была Малайзия [ESL One Kuala Lumpur 2023. — Прим. ред.].