Collapse о планах на случай завершения карьеры: «Поначалу я бы точно завязал с Дотой, именно вообще с про-сценой»

Это было поначалу, когда я играл, это было лето, когда я ходил подавать документы в мед. Я думал, блин, вот у меня сейчас команды нет, и как бы тяжело тоже найти какой-то хороший вариант, потому что мало куда зовут; может, не надо это мне всё, может, мне лучше пойти по тому, что мне предлагают родители. Я думал, всё это время обдумывал, а потом как раз таки заветное сообщение от Димаса [Korb3n], и всё. Все сомнения прошли, на самом деле, в тот же момент.

Поначалу, когда начинаешь заниматься этим, когда попадаешь на про-сцену, конкретно в моём случае, я думал, что Дота будет занимать место всю мою жизнь, но время идёт, и ты понимаешь, ты начинаешь уже уставать от того, что всё время играешь, у тебя начинается выгорание, и ты как бы понимаешь, что не будешь всю жизнь этим заниматься, уже как бы не такой большой срок осталось играть в Доту, и тебе нужно чем-то ещё другим заниматься и в другом каком-то направлении тоже развиваться. Я думаю, в этом плане у меня поначалу менялось мышление. Сначала я этого особо не понимал, со временем уже пришло. 

И второе. Само восприятие этого занятия поначалу было для меня как — это мне приносило нереальное количество удовольствия, что я пришёл на про-сцену, играю там против топовых челов и мне вообще в кайф, я хочу всем показать — вот посмотрите, как я играю круто, чтобы меня все хвалили и всё такое. Я вообще получал от этого большой кайф.

Но чем дольше ты играешь, [тем больше] ты понимаешь, что как-то всё-таки меньше ощущение этого становится. Это уже больше не приносит столько же удовольствия, как в начале твоей карьеры, и что больше это уже воспринимается как работа, нежели чем занятие, которое тебе нравилось. Больше в обыденность переходит. Вся эта рутина с полётами, с расписанием игр, с турнирами, с тем, чтобы играть. И как бы времени на себя у тебя остаётся мало, плюс со временем ты ещё взрослеешь, у тебя появляется больше обязанностей, что тебе нужно делать. У тебя больше появляется того осознания, что здоровье тебя уже где-то моментами не позволяет сидеть 12 часов или, я не знаю, 16 часов. Такие осознания у тебя приходят — где-то ты не можешь просто слишком много играть. 

Поначалу я бы точно завязал с Дотой, именно вообще с про-сценой. Я бы не хотел ни аналитиком, ни тренером, ничего из этого. Я бы просто вышел из этого всего круга и занялся чем-то вне Доты. Научился бы на чём-то играть, я не знаю, пошёл бы заниматься спортом или что-то такое, real life [В реальной жизни. — Прим. ред.]. У меня возможностей достаточно и ресурсов тоже есть, чтобы себе это позволить, поэтому я больше сначала в это бы пошёл, а потом уже, если мне всё ещё будет тянуть вернуться в Доту, там просто комментировать, или аналитиком быть, или даже тренером кого-то, или, возможно, даже ещё игроком сыграть the last dance [Последний танец. — Прим. ред.], как у Ceb'а, то я бы рассмотрел эту возможность. 

На первом Инте [Речь о The International 2021. — Прим. ред.] мы играли в финале против LGD. Я не помню, что я там точно кричал, но вот мы на второй карте с ними играем, и что-то на Magnus я там вообще стиля такого раздавал, что сам от себя был в шоке. Я что-то в моменте, когда мы уже последнего убиваем, они уже «GG» написали — я еду за Furion'ом, я ему кричу: «Вышел *** [совсем] из игры!» Я просто кричу: «Вышли *** [на фиг] из игры», что-то такое. Но у меня не было никакого негатива к ним, это просто в моменте такие эмоции у меня были.

У тебя после игры ещё бывают такие эмоции, если, условно, ты выиграл игру какую-то очень тяжёлую, вот ты выигрываешь, встаёшь из-за компа — у тебя перенасыщение эмоциями: ты радостный, ты просто кайфуешь, шутишь, смеёшься, вот это всё. А вот буквально через полчаса — час у тебя наступает настолько переутомление эмоциями... Тоже, на самом деле, очень приятное чувство, когда ты всё, ты просто уже выдохся полностью, тебя уже просто спать рубит, ты уже всего добился, у тебя тело осознаёт — всё, братан, ты заслужил отдохнуть, отдохни, всё хорошо, можешь ни о чем не беспокоиться. 

Поначалу была проблема, что я много чего не говорил. Я, условно, прыгаю куда-то, и я это молча делаю. Мне потом после игры говорят: «Мага, ты если собираешься прыгать, скажи, типа, ребят, смотрите». И я потихоньку-потихоньку так учился это говорить, коммуникацию развивал. Потом была такая проблема, что где-то меня вынуждали играть чуть менее жадно. Условно, Илюха [Yatoro] бежит на пачку, я пробегаю перед ним, я играю на Mars'е, нажимаю второй спелл — всю пачку убиваю. У Илюхи *** [лицо] в этот момент такое типа: «Что за *** [фигня, блин]? Почему он у меня фарм *** [забирает]?» И вот он мне тоже говорил: «Короче, Мага, ты можешь пачки перед моим носом не убивать просто так?»

Потом со временем я начал менее жадно играть, больше играть на команду. Больше я уже не являлся прямо таким супержадным *** [жёстким] кором или что-то такое, а больше стал командным игроком. Всё время я себе добавлял в пул героев, которые были нужны команде. У меня не было такого определённого пула, вот с того момента, как я начал играть, что типа я играю только на этих трёх героях, и всё, я не буду больше расширять свой пул. Со временем мне Айрат [Silent] говорил: патч вышел, вот этот герой понравился, попробуй поиграть на нём. Даже если у меня там не получается, моё мнение никого не *** [волнует]: сиди играй дальше, пока у тебя не получится нормально на нём играть. И вот нужно было просто расширять пул для команды, чтобы было удобнее драфтить, чтобы было удобнее пикать, приходилось адаптироваться к этому.