EternaLEnVy о Puppey: «Он один из лучших, с кем я играл»

Мне предлагали больше $500 000 в год за стриминг на Panda — это какие-то безумные деньги. Думаю, я мог бы выбить и около 700 тысяч, но не хотел портить сделку с Twitch.

И вообще, тогда я особо не заморачивался — всегда казалось, что всё как-нибудь само сложится. Пока я хорошо играю, деньги будут. Я был намного более эгоистичным: главное — сидеть за компьютером и играть в любимую игру. Думал, что со временем и девушку найду, которая полюбит меня таким, какой я есть — ну и всё, остальное не важно. В итоге это потом ударило по мне: у родителей появились долги, мне пришлось разбираться с финансами. В общем, мне было не так уж важно — я не особо продумывал последствия. Я пытался выбить для команды сделку с Twitch и сделать контракт с PandaTV именно командным. Но многие игроки вообще не стримили: pieliedie не стримил, MISERY раньше стримил, но потом почти нет, Puppey тоже не стримил — может, один-два раза максимум. Я им говорил: «Если нам нужно стримить 200 часов в месяц — я отстримлю 100. Arteezy сделает ещё 70, а вам достаточно по 5 часов — и всё будет нормально». В итоге мы договорились о контракте примерно на $1,75 млн в год. Я даже не пытался забрать себе большую долю — наоборот, хотел делить всё поровну. Для меня это всегда было важно: мы команда, все делают одно и то же, просто так получилось, что я керри и более заметен. Но в итоге Puppey не отстримил ни одного часа. Вообще ноль. Я до сих пор не понимаю, как это возможно. Из-за этого сделка развалилась. Выплаты были поквартальные, и если ты не выполняешь условия, получаешь только за один квартал. В итоге мы, кажется, получили около половины — примерно $900 000.

Я сам получил какую-то часть, уже точно не помню, но было обидно, потому что я реально много стримил и вообще изначально это была моя инициатива — я договаривался об этой сделке. В итоге ощущение было, будто меня просто предали. Никакого уважения к договорённостям — хотя от людей требовалось всего несколько часов стрима. Плюс потом оказалось, что с нас брали ещё и 10% комиссии. При этом нам говорили: «Да не парьтесь, у нас богатый владелец, всё оплачено». Мы ходили по дорогим ресторанам, в Nobu, ели устриц с Arteezy — однажды даже всё съели, и они закончились.

А потом выяснилось, что на самом деле платили за это мы сами. Может, это и не было запланировано изначально, но в итоге всё выглядело как сплошная ложь. Я помню, после одного из мейджоров меня попросили дать интервью. Рядом был один из менеджеров, и я просто дал ему подержать свою куртку. Он посмотрел на меня так, будто я полный идиот. А я думаю: «Чувак, я только что выиграл мейджор». В целом, вся эта ситуация выглядела очень странно. Особенно на фоне других историй внутри команды — казалось, что потом они пытались просто замять всё и навести порядок после скандалов.

Puppey после The International 2016 подходил к Arteezy и говорил: «Хочу снова с тобой играть, чувак. Нафиг EternaLEnVy. Это всё была его вина, не твоя». Потом обнимал его, а затем подходил ко мне и говорил: «Эй, EternaLEnVy, это вообще-то вина Arteezy, к чёрту его», — и тоже обнимал. Я, конечно, понимал, что он делает. Потом иду к Arteezy: «Что тебе сказал Puppey?» — «Да то же самое, что и тебе».

И вот так всё и происходило. А потом, когда он уже играл с другими — типа YapzOr и KheZu — вы все смотрели на меня как на какого-то полного идиота. А я в этот момент думаю: «Да вы вообще офигели, я сейчас вам зарплаты плачу».

Puppey всё ещё любил играть со мной. Он действительно любил работать со мной, и мне тоже очень нравилось работать с ним, честно. Главное в нём то, что когда что-то шло плохо — это было неприятно, потому что он никогда не винил себя. Так что это немного обидно, но когда всё шло хорошо, он действительно умел расслаблять команду, мотивировать людей. Он мог поддержать хорошие идеи, ускорить процесс, когда нужно было что-то организовать. Он умел вдохновлять, давать силы идеям и людям, ускорять работу команды. Так что, очевидно, я добился успеха с ним. Он один из лучших, с кем я играл — либо лучший, либо второй после s4. Так что да, мне стоило остаться.